Энтони Стюард — в одиночку вокруг света в открытой лодке

Энтони Стюарт — крупная личность, как физически, так и в волевом плане, что позволило ему осуществить задуманное. Этот здоровенный мужик обошел вокруг света в маленькой открытой лодке, которая раньше называлась «Zulu Dawn», но для путешествия он ее переименовал в «NCS Challenger».

Ему надоели обычные прогулки под парусом, как и для большинства из нас. Он накрутился достаточно между буями, гоняясь на самых разных парусниках, от больших килевых яхт до гоночных швертботов (он был чемпионом ЮАР в классе Финн) а также ходил в дальние походы и круизы. Как то раз, во время одного из них, огибая мыс Горн на яхте с напарником (во время этого похода они потеряли мачту), он стал думать о плавании вокруг света на открытой лодке — единственном нереализованном из всех возможных испытаний человека под парусом.

Вэбб Чилс уже пытался несколькими годами раньше обойти вокруг света на открытой лодке — Драскомб Лаггере. Но он не завершил плавание, дойдя до Гибралтара, если я правильно помню. Он тогда говорил, что для того, чтобы завершить плавание, осталась самая легкая часть, поэтому ему стало неинтересно. Неважно, какая на самом деле была причина этого, главное, что он оставил всем остальным, и Энту в том числе, шанс стать первым совершившим такое плавание.

Лодка, которую выбрал Энт — переоборудованный швертбот TLC-19, современная прогулочная лодка, перевозимая на трейлере, которую я спроектировал для местной верфи Nebe Boats. Существовала также еще одна версия этой лодки, которую использовал другой яхтсмен-одиночка, Пол Роджерс, тоже собиравшийся побить рекорд Вэбба Чилса. Думаю, что надо немного рассказать про переделку лодки Пола, потому что несмотря на то, что у них одинаковые корпуса с лодкой Энта, они все же отличаются.

В отличие от Энта, цель которого была — кругосветка, Пол хотел попытаться совершить самый длинный безостановочный переход на открытой лодке и в то же время установить рекорды скорости. Он видел, что если он стартует в Кейптауне, то только переходы в Австралию или Европу будут достаточно длинными, чтобы претендовать на первенство. И он решил идти в Англию, предпочтя этот маршрут Южному океану.

Длительная переписка с «Нобби» Кларком, (который был регистратором рекордов в то время) выявила некоторые неожиданные требования. Нобби считал, что достижения Вебба Чилса должны быть защищены тем, что соискатели рекордов не должны находится в преимущественном положении, с чем я согласен, но некоторые требования казались нелепыми. Например, нам не разрешили сделать палубу на уровне планширя и потребовали сделать фальшборт высотой 150 мм выше палубы. Это конечно ухудшило остойчивость и сделало лодку менее безопасной в случае захлестывания палубы волной.

Я возражал против этого требования, так как если ему следовать, то например швертбот Laser (Луч), тоже нельзя считать открытой лодкой. Но все-таки, у лодки Вебба был фальшборт, и мы тоже решили сделать такой.

Из того, чего не было у Вебба, нам было позволено сделать самоотливной кокпит и фиксированный балластный киль. Это были два необходимых условия, чтобы обеспечить достаточную мореходность в наших непростых условиях.

Получившуюся лодку оснастили парусным вооружением с одной краспицей для простоты и смещения вниз центра нагрузки. Тяжелый бульбовый фальшкиль — осадка 1,5 метра — и двойные, подвешенные на транце, откидные рули дали остойчивость и хорошую управляемость.

К сожалению, Пол стартовал поздно, считается что в это время года небезопасно выходить даже на круизных яхтах.

Четыре дня его хорошо трепал проходящий фронт, вскоре после отплытия. Его укачало и он опоздал зарифить грот. В тот момент когда он находился на мачте, борясь с заклинившим парусом, налетевшей волной лодку перевернуло, и она осталась в положении вверх дном.

При угле восстановления в 110 градусов (также как и у гоночных яхт по правилам IOR), веса его тела в 50 кг не хватало, чтобы перевернуть лодку.

Энт также внимательно изучил опыт плавания Вебба Чилса и нашел что тот встретился с действительно сложной штормовой погодой возле Вануату, где его перевернуло, и он дрейфовал в таком положении две недели, не сумев перевернуть лодку. Этот пример, подтвержденный также случаем с Полом Роджерсом, показал что фальшборт опасен. Сначала Энт хотел совершить плавание на Драскомбе, также как и Вебб, но потом решил, что южный маршрут, которым он собрался идти, слишком опасен для такой лодки, потому что там очень часто штормит. Также Энт думал, что Вебб, сказав что отказался от завершающего этапа плавания потому что он слишком легкий, лукавил и на самом деле опасался идти в Карибское море, считая что он там не выживет на Драскомбе.

Читайте также  Суда Севера России

На лодке Энта палуба в носу была сделана с большой погибью, и поднята везде на уровень планширя, обеспечивая гораздо большую способность к восстановлению. Осадка фальшкилем была увеличена до 2 метров и были добавлены также «бычьи рога» (bullhorns) на форштевне с целью предотвращения зарывания в волну. Парусное вооружение дробное, с высокой мачтой, имеющей две пары краспиц и двойным устройством закрутки стакселей, на «бычьих рогах» были сделаны ползунки для ассимметричных спинакеров. Эти приспособления были придуманы Энтом и показывают его большой гоночный опыт а также влияние яхт BOC. Фактически его лодка, с прямым форштевнем, скругленной палубой и наклонным профилем, выглядела как уменьшенная яхта класса BOC. Чтобы построить лодку, Энт продал все что мог, и нехваток средств для оборудования означал, что он добывал их всеми возможными способами. Началось это с приобретения корпуса лодки.

Он купил половинки формы, использовавшейся для изготовления корпусов TLC-19. Я был в ужасе. когда узнал что он собирается использовать их, потому что они не предназначены были для такого. Человек, у которого он их купил — Герфрад Небе, собирался построить из них легкий швертбот с трапециями для прогулок по спокойной воде в закрытых водоемах. Ему это некогда было сделать и скорлупки валялись, пока Энт их не заметил и приобрел.

Ему негде было строить лодку и он договорился с другом, чтобы тот пустил его в свою квартиру. Вероятно было непросто втащить лодку внутрь и затем извлекать ее оттуда. Запахи смолы и шум работы с деревом по утрам привели к тому, что пришлось перебираться в Королевский Яхтклуб Кейптауна, где яхта достраивалась в течение двух месяцев перед спуском.

Энт сделал внутри водонепроницаемые переборки, разбил лодку на маленькие отсеки, заполнив некоторые из них пенопластом. Он также сделал водонепроницаемые емкости вокруг кокпита для хранения еды, одежды, радиостанции (она была единственным электронным устройством на борту и питалась от солнечных батарей на корме). В результате получилась лодка, настолько непотопляемая, насколько это было возможно. Также на борту был одноместный спасательный авиационный плот, подаренный одним из друзей.

Сотни людей тепло провожали его, когда он покидал Кейптаун. Многие считали, что видят его в последний раз и говорили что он сумасшедший. Он говорил, что те кто его считает таким, должны повидаться с его мамашей, тогда им будет понятно, откуда это у него. И вообще, он считал что, как раз он нормален, а те кто остаются на берегу — сумасшедшие. Но мы все не могли поместиться на его лодку.

И уже почти перед отплытием он сказал провожавшим, что у него наследственная болезнь крови, которая называется ангионевротическая оедема и что лечится она стероидами. Она может быстро вывести его из строя и он даже может умереть, если не принимать вовремя лекарства. Однако, он был сейчас в том возрасте, когда у его отца она прекратилась и надеялся, что с ним произойдет то же самое. Надежда на это не заставила нас считать его менее сумасшедшим.

Он стартовал из Кейптауна при хорошей погоде, и в гораздо лучшее время, чем это сделал Пол Роджерс. Но все равно, он также перевернулся через пять дней после старта, и находился в это время гораздо дальше от Кейптауна, чем Пол. Так как NCS Challenger имел гораздо лучшую остойчивость, он возвратился в нормальное положение немедленно и сразу стал набирать ход, когда Энт был еще в воде, к счастью привязанный страховочным концом (это было единственный раз когда он был привязан, за все его переворачивания в плавании).

Энт переворачивался столько раз за время плавания, что потерял счет. Несмотря на это он совершал отличные переходы, часто делая 125 или больше миль за день. Он сообщал, что на острых курсах делает 5 узлов при скорости ветра 35 узлов, а под спинакером достигает 12 узлов, что феноменально для такой маленькой, тяжело груженой лодки.

Он проследовал обычным круизным южноатлантическим маршрутом через Сент Хелен, Асунсьон и Фернандо де Норона на Карибы, потом в Панаму. Между Кейптауном и Сент Хеленом он потерял навигационные таблицы во время переворачивания и потерял два дня в дрейфе, когда был выведен из строя отравившись сырой рыбой. На следующем переходе он сломал секстан и в результате промахнулся мимо Асунсьона на 50 миль, повернул к нему только заметив олушей, летевших поперек его курса.

Между Фернандо и Барбадосом его чуть не переехал пароход, в момент когда был штиль и он не мог маневрировать. Корабль прошел в 50 ти метрах от него. На Барбадосе вначале его встретили очень прохладно, потому что он был из ЮАР, а в то время против ЮАР существовали санкции. Ему надо было туда зайти, потому что кончились вода и еда. Власти держали его на якорной стоянке 2 дня прежде чем позволили пополнить запасы.

Читайте также  Национальные и международные классы гоночных яхт

Во время остановки на Сент Маартен он слетал в Ньюпорт, чтобы получить приз за гонку BOC 1990/91 . Когда он был там, производители Магеллана услышали, чем он сейчас занимается, и подарили ему GPS, что сделало его навигацию гораздо легче, чем при использовании секстана, размокших таблиц и школьного атласа.

Переход от Карибов до Панамы был особенно тяжелым. Он был на грани потери мачты, когда вывалился верхний палец крепления форштага вскоре после того, как он покинул Сент Маартен. Потом несколько раз переворачивался, попав в сильный шторм, измотавший его.

Однажды, находясь в 30 милях от Панамы он, измотанный, забылся сном и проснулся, когда его яхту отшвырнула волна от проходящего танкера. Неожиданный холодный душ быстро привел его в чувство и затем в течение минуты или около того он смотрел на огромную черную стену, которая двигалась мимо, и только увидев корму с надписью,он понял, что это был корабль.

Плавание в южном Тихом океане было не особенно богато на события, хотя и были некоторые проблемы. Он шел на Бора Бора через Галапагосы и Маркизы, потеряв накладку на форштевне и некоторые болты, крепящие фальшкиль, после столкновения с бревном. После отхода с американского Самоа, он потерял мачту при шквале, когда рассыпалась верхняя оковка на топе мачты. Он собрал все кусочки и обломки и вернулся назад для ремонта.

Сезон ураганов приближался и он почувствовал, что не может задерживаться на три недели, пока ему пришлют новую мачту. Он связал вместе гик и спинакер-гик, сделав временную мачту, потом перешил геную, сделав из нее что-то вроде рыбацкого паруса. Потом он привязал сломанную мачту к палубе вроде бушприта и отчалил, несмотря на неодобрение окружающих. Как он и думал, если бы он задержался в ожидании мачты, то попал бы в ураган Клео, от которого ему удалось ускользнуть возле Новой Каледонии. Новый такелаж он поставил в Брисбене, после перехода от американского Самоа, делая больше 90 миль в день под временным парусным вооружением.

NCS Challenger пережидал сезон ураганов в Брисбене, пока в это время Энт ненадолго слетал домой. Перед продолжением плавания он установил коротковолновую радиостанцию, которая могла питаться от аккумуляторов, заряжаемых солнечными батареями. Получалось достаточно энергии, чтобы он мог связываться с домом каждый третий день. Позже он установил солнечные панели, которые позволяли ему связываться дважды в день. Также он установил электронный авторулевой.

Из Брисбена Энт пошел вокруг Австралии в Дарвин. Его предупреждали о возможных трудностях при огибании острова Фразер, находящегося к северу от Дарвина и здесь он налетел на песчаную отмель, повредив киль. При этом открылась течь корпуса, которая преследовала его дальше.

Из Дарвина он вышел в безостановочное плавание к Дурбану через Мозамбикский пролив, надеясь побить рекорд Вебба Чилса. Но этому не суждено было случиться, так как течь корпуса заставила его направиться на острова Рождества для ремонта. Правда еще в двух днях пути до островов Рождества он обнаружил место течи и заделал его, однако решил зайти на эти острова, чтобы пополнить запасы воды.

А вот после островов Рождества ему пришлось пройти серьезное испытание на прочность. 13 июля 1992 года, во время шторма, он пытался связаться с Кейптауном по радио, и в это время лючки были открыты. Налетела огромная волна, положила яхту на воду и залила всю электронику. Так как некоторые отсеки были заполнены водой, Энту не удавалось выправить лодку около получаса, в течение которых сломался автопилот и погнулась мачта.

Чтобы перевернуть лодку Энту пришлось срезать такелаж. Ночь он провел разбирая беспорядок на борту и ликвидируя повреждения. Ветер силой 30–40 узлов продолжался четыре дня, в течение которых он продрейфовал на 240 миль без всяких парусов. После шторма он заметил остров и соорудив временную мачту, поднял на ней подобие прямого паруса и направился к нему. Слишком поздно Энт осознал, что перед островом есть внешний риф, обойти который он не сможет при ограниченной маневренности под прямым парусом. Лодку протащило над рифом волной, при этом Энт вцепился во что-то внутри кокпита, а лодку крутило еще и еще раз, и по ту сторону рифа вынесло уже без киля и руля.

Здесь Энт обнаружил, что его маленький спасательный плот по каким-то причинам испустил дух и не надувается. Он оставил яхту застрявшей на рифе и, истекая кровью из ран, в окружении акул, поплыл через лагуну к острову, который был в 700 метрах. Имея для защиты только нож и острогу, он плыл, все время отмахиваясь от акул. До сих пор он с трудом может говорить об этом испытании.

Читайте также  Суда запорожских казаков

Таким образом он оказался на необитаемом острове (это был один из островов Серф, Сейшельского архипелага) на котором была заброшенная рыбацкая хижина и не было пресной воды. Он питался пау-пау и кокосами (возможно это была наиболее здоровая диета за все время его кругосветного плавания) в течение 9 дней, пока не был спасен рыбацким судном, которое он привлек фальшфейером.

Тем временем NCS Challenger выбросило на пляж острова, и он оказался на удивление мало поврежденным. Киль оторвало, но днище в месте крепления уцелело. Плита, к которой крепился алюминиевый киль, осталась на месте. Стеклопластиковый корпус, за который мы опасались, считая что он не выдержит штормовых условий, выдержал неимоверные испытания и готов был еще послужить.

Рыбаки отвезли Энта на другой остров, где его уложили в госпиталь и он пробыл там неделю. Пока он приходил в себя, рыбаки вернулись на Серф и взяли на буксир NCS Challenger, потом они забрали Энта и отвезли в Махе. Оттуда яхту отправили назад в ЮАР, где Энт отремонтировал ее во время медового месяца с его новой женой Сью. Большинство молодых жен не выносят, когда их муж занимается серфингом или гольфом, но то ли Энт нашел действительно подходящую жену, то ли Сью решила пока потерпеть и отыграться позже.

Сухогруз Средиземноморской Судоходной Компании, специально отклонившись от своего маршрута, забросил Энта с его яхтой на место, где его постигла катастрофа. Сейчас Энт находился в районе, обычном для плавания многих южноафриканских яхт, почти дома. Однако путь домой оказался самой медленной частью всего плавания.

Его застала безветренная погода в Мозамбикском проливе и там он получил повреждения подводной части корпуса яхты. Ремонт отнял время. Когда он огибал побережье Южной Африки, перебираясь из одной бухты в другую, непрерывные шторма держали его в портах. Затем он налетел на кита, что опять привело к течи корпуса, которую пришлось устранять. Шторма не давали ему выйти из гавани Ист Лондона 20 дней, за это время он четырежды пытался выйти, но безуспешно. Когда же он наконец смог выйти, следующим ударом стал приступ его болезни, который случился из-за того, что он забыл вовремя принять лекарство. Это упущение привело к тому, что когда он прибыл в родной Порт Элизабет, пришлось сразу его везти на скорой помощи в госпиталь.

После выписки из госпиталя ему еще оставалось обойти мыс Агулас и мыс Доброй Надежды, прежде чем достигнуть места старта в Кейптауне. Продвижение было медленным, так как ему приходилось отстаиваться в укрытых бухтах в ожидании подходящей погоды.

По прибытии в Кейптаун его окружили суда всех размеров и классов от маленьких швертботов до портовых буксиров, салютующих струями воды великому искателю приключений. Тысячи людей стояли на набережной Виктория и Альфреда, и он плыл на яхте посреди оглушительных криков приветствий, сейчас уже вместе с Сью, которая присоединилась к нему, чтобы вместе зайти в бухту. У причальной стенки NCS Challenger подцепил кран и вместе с Энтом и Сью на борту, поднял и поставил на землю в окружении репортеров.

Увидя как выглядит NCS Challenger, висящий в воздухе, и по некоторым деталям (как например надпись большими буквами на киле: SOS), всем присутствующим стало вдруг ясно, каких усилий стоило Энту Стюарду провести эту маленькую яхту вокруг света. Это заняло больше 2 лет и, видимо, оказалось значительно труднее, чем представлялось Энту перед отплытием. Однако упорство и настойчивость вели его вперед и он, неугомонный, сразу же стал готовиться к следующему безумному проекту, плаванию вокруг света без остановки на 20-футовой яхте, в этот раз с каютой. Однако пожар на борту посреди Атлантики, прервал это его плавание и Энта эвакуировали на берег, в госпиталь, с сильными ожогами.

Сейчас Энт на берегу, работает управляющим Королевского Яхтклуба в Кейптауне. Время покажет насколько долго смогут его удерживать Сью и работа в яхтклубе от очередного безумного плавания.